RSS

Блог

  • + 0 -

    16 мая, 2012

    Отделить политическое от гуманитарного

    Автор: Богдан Новорок, комментариев нет

    Конечно, иностранное финансирование НКО необходимо ставить под контроль. В противном случае мы можем говорить о частичной утрате суверенитета. Почему? По той причине, что большая часть иностранной помощи идёт на финансирование политических мероприятий, как правило, радикальной оппозиции. И это прекрасно понимают сами «спонсоры», в частности, американские. Достаточно вспомнить, что даже внесение изменений в закон «О некоммерческих организациях» в 2006 году, в соответствии с которыми российские представительства иностранных НКО были обязаны пройти процедуру включения в государственный реестр, вызвали неадекватную реакцию официальных лиц в США. В то время Госсекретарь Кондолизза Райс «выразила серьезную обеспокоенность сложившимся положением, отметив, что поправки в закон существенно усложнили перспективы развития иностранных НКО в России».

    Что мы видим сейчас? Огромные деньги – миллионы долларов – идут на помощь некоммерческим организациям, которые напрямую оказывают влияние на политический процесс в России. Например, организация «Голос», которая стала одним из ньюсмейкеров во время недавних думских и президентских выборов. Возникает вопрос – кто реально оказывал влияние на политический процесс: наши НКО или их заокеанские «спонсоры»?

    Я понимаю, что Венесуэла – не самая демократическая страна в мире, однако название закона, регулирующего иностранное финансирование НКО в этой стране, кажется мне вполне адекватным ситуации – «Закон о защите политического суверенитета».

    При этом хотелось бы сказать ещё об одной области деятельности НКО, которая не часто попадает в поле зрение аналитиков и обозревателей. В связи с обсуждением закона об иностранных агентах (по образцу американского) говорят, в основном, о правозащитных и аналитических НКО. А я хочу сказать об экологических организациях, которые оказывают не просто существенное, но в определённых случаях решающее влияние на политику нашей страны в области охраны окружающей среды и поэтому, в соответствии с новыми стандартами подхода к экологии, на экономическое развитие России.

    Только один пример. На заседании, посвящённом экологическим проблемам в Новокуйбышевске, прошедшем уже этой весной, от имени федотовского Совета по правам человека Медведеву были поданы рекомендации. Среди тех, кто подписал эти рекомендации, помимо известного химкинского «эколога» Евгении Чириковой, 80% представляли организации, которые можно назвать российскими только условно – Гринпис, WWF. Можно добавить к этим двум ещё норвежскую Беллону, действующую, в основном, на Северо-Западе. И рекомендации этих организаций оказывают прямое влияние на экономическое развитие России. Очень похоже на внешнее управление по вопросам экологии и, соответственно, экономического развития.

    Каким образом? Ещё один пример. WWF давно выступает против любой хозяйственной деятельности на арктическом шельфе России. Ясно, что, учитывая истощаемость старых месторождений, именно с Арктикой связаны наши планы на будущее. При этом свои планы WWF вуалирует и выставляет их как общемировые. Посмотрим, как это делается. Ещё недавно WWF призывало наложить мораторий (до решения некоторых технологических вопросов) на добычу нефти и газа в российской Арктике. Теперь позиция организации изменилась. WWF предлагает определить регионы, где «ни при каких обстоятельствах не может быть добычи нефти и газа, потому что даже минимальный риск там неприемлем, настолько они ценны в природном отношении». Что это за районы?
    Бристольский залив (Аляска, США), Лофотенские острова (Норвегия), а также Баренцево море, Карское море и камчатский шельф. А теперь присмотримся пристальнее. Что касается Бристолького залива, то этот участок президент Буш в своё время включил в список потенциально разрабатываемых месторождений, а президент Обама – вычеркнул. То есть Бристольский залив, который и так вычеркнут из числа разрабатываемых месторождений, присутствует в общем списке WWF для прикрытия и придания своим планам глобального формата. Лофотенские острова в Норвегии. Запасы нефти и газа там были исследованы (государством, разумеется, так как в Норвегии весь нефтегазовый комплекс государственный) и после этого… засекречены. Так что мы даже не знаем, есть там нефть или газ, или нет, а если есть, то сколько.

    Теперь вспомним весь список: американский Бристольский залив, который уже закрыт для разработки, норвежские Лофотенские острова, которые являются белым пятном, так как данные засекречены, а также Баренцево море, Карское море и камчатский шельф, которые, в совокупности, содержат крупнейшие в мире запасы нефти и газа. Вот такая вот схема. Для сравнения: давайте предложим американцам вместе отказаться от авианосцев?

    Что касается правовых аспектов, то указанные мной международные (точнее сказать, глобальные) экологические организации давно предусмотрели возможные препятствия в России и зарегистрировались как российские НКО. WWF-Россия, Гринпис-Россия, Беллона-Россия и т.д. Однако зададимся вопросом: где находится центр управления, центр принятия решений этих организаций? Можно ли представить себе ситуацию, когда российский Гринпис поступит вопреки позиции глобального Гринписа? Конечно, нам скажут, что между российским Гринписом и глобальным существует единство взглядов. Но тогда кто гарантирует нас о того, что за позицией российского Гринписа не стоят экономические интересы глобальных корпораций, идущие – а это не исключено – в разрез с национальными интересами России?

    В этой связи я хочу предложить следующее. Во-первых, не ограничиваться в вопросе о контроле за иностранным финансированием НКО правозащитными и околополитическими НКО, и включить в общий список экологические организации. Если мы, например, объявляем организацию «Голос» иностранным агентом (по аналогии с американским законом об иностранных агентах), то уж тем более иностранными агентами являются экологические организации, которые называются очень по-русски Гринпис, WWF, Беллона и т.д.

    Однако, учитывая тот факт, что эти организации занимаются, в том числе, реальной борьбой за сохранение окружающей среды, в их отношении контроль должен быть более адресным. Например, в том случае, если указанные организации (как, впрочем, и другие экологические организации, российского происхождения) получают иностранное финансирование, это финансирование должно быть целевым. То есть, эти деньги должны быть перечислены на решение конкретных задач, и в финансовом отчёте российских организаций трата этих денег должна быть конкретно расписана. Например, если дальневосточный WWF получает десять миллионов долларов, то при переводе должно быть указано, например, сколько из них идёт на программу сохранения амурского тигра. И, соответственно, в финансовом отчёте должно быть расписано, как именно эти деньги тратились именно на программу сохранения амурского тигра, а не, скажем, на развитие региональных отделений WWF, медийную кампанию против российских нефтегазовых компаний на Сахалине, Камчатке и Дальнем Востоке в целом, или на финансирование доморощенных организаций, ставящих своей целью препятствование хозяйственному развитию Дальнего Востока.

    В результате мы получим более прозрачную картину борьбы российских организаций за охрану окружающей среды и уменьшим лоббистскую составляющую этой борьбы, которая, во-первых, наносит ущерб национальным интересам России, а во-вторых, дискредитирует деятельность всех экологических организаций, в том числе тех, исконно российских, которые реально заинтересованы в сохранении уникальных природных богатств России.

Оставьте свой комментарий

Чтобы оставить комментарий, вы должны войти или зарегистрироваться

Вход

Войти на этот сайт вы можете, используя свою учетную запись на любом из предложенных ниже сервисов. Выберите сервис, на котором вы уже зарегистрированы.

Войти под профилем Вконтакте

Войти

Внимание!

Внимание!

Внимание!

Возможность голосования доступна только зарегистрированным пользователям.

Авторизируйтесь или пройдите регистрацию