RSS Eng

Экспертное заключение ОП по изменению Закона РФ №8601-5 «О средствах массовой информации»

Проект


Заключение

Общественной палаты Российской Федерации на проект федерального закона «О внесении изменений в Закон Российской Федерации №8601-5 «О средствах массовой информации» (в части ответственности за распространение сведений клеветнического характера).

1. Рассмотрение внесенного депутатом Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Р.А.Шлегелем законопроекта на предмет его соответствия положениям Конституции Российской Федерации позволяет констатировать, что он представляет собой попытку неоправданного ограничения конституционного права граждан на свободу массовой информации и свободу выражения мнений (ст. 29 Конституции Российской Федерации) ввиду несоразмерности этих ограничений защищаемым ценностям: чести, достоинства, а также деловой репутации физических и юридических лиц.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому защиту своей чести и доброго имени (ст. 23). В свою очередь, федеральные законы предусматривают широкий перечень средств по правовой защите этих ценностей. Так, Уголовный кодекс Российской Федерации предусматривает такие составы преступлений, как клевета и оскорбление (ст.ст. 129, 130), а Гражданский кодекс Российской Федерации устанавливает целый комплекс норм, гарантирующих права на опровержение и на ответ, а также на компенсацию морального вреда (ст.ст. 151, 152, 1099 – 1101). Посягательство на честь, достоинство и деловую репутацию другого лица влечет для виновного физического лица уголовное наказание, в том числе и лишение свободы. Кроме того, с физического или юридического лица, распространившего не соответствующие действительности порочащие сведения, может быть взыскана компенсации морального вреда даже при отсутствии их вины.

Правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации в данных ситуациях следующая: определяя средства защиты конституционных ценностей, законодатель «должен использовать лишь те из них, которые для конкретной правоприменительной ситуации исключают возможность несоразмерного ограничения прав и свобод человека и гражданина; при допустимости ограничения того или иного права в соответствии с конституционно одобряемыми целями государство должно использовать не чрезмерные, а только необходимые и строго обусловленные этими целями меры; публичные интересы, перечисленные в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, могут оправдать правовые ограничения прав и свобод, только если такие ограничения адекватны социально необходимому результату».[1]

Таким образом, в данном случае конституционные основания для ограничения свободы массовой информации и свободы выражения мнений отсутствуют.

2. Рассмотрение предлагаемого законопроекта с точки зрения его соответствия Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (ЕКПЧ) и правовой позиции Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) приводит к следующим выводам.

Согласно правовой позиции ЕСПЧ основной задачей любого суда является нахождение разумного и справедливого баланса между нарушенным правом (благом) и свободой слова. В этой связи Европейский суд подчеркнул, что защита свободы выражения политических мнений и прессы должна пользоваться приоритетом. Европейский суд на основании Конвенции и состоявшихся решений прямо запрещает ограничивать свободу выражения мнения в сфере политических дискуссий и обсуждения вопросов, имеющих общественный интерес; требовать нарушения конфиденциальности источника информации и раскрытие его; запугивать, ограничивать и разорять журналистов и средств массовой информации.

Поскольку право средств массовой информации получать и распространять информацию является одной из основных гарантий существования и нормального функционирования демократического государства, постольку любое его ограничение может быть признано необходимым только в том случае, если:

а) оно является средством, непосредственно и тесно связанным с достижением заявленной правомерной цели, и соразмерно этой заявленной цели;

б) эта правомерная цель должна быть значительнее, чем обеспечение свободы массовой информации;

в) поставленная цель не может быть достигнута иными средствами, не связанными с ограничением одного из базовых прав демократического государства и одного из важнейших конституционных прав.

Однако, в предлагаемом законопроекте:

а) как было показано выше, адекватность средств и преследуемой цели в данном случае отсутствует.

б) законопроект нарушает баланс социальных ценностей, ущемляя свободу массовой информации и свободу выражения мнений.

Современная общеевропейская доктрина правового государства исходит из того, что поддержание и развитие подлинной демократии требуют наличия и укрепления свободной, независимой, плюралистической и ответственной журналистики. В демократическом государстве средства массовой информации призваны:

а) информировать аудиторию о деятельности органов власти и структур частного сектора, давая таким образом возможность сформировать собственное мнение;

б) предоставлять гражданам и группам возможность предавать гласности свои мнения, давая таким образом возможность органам власти и структурам частного сектора, как и обществу в целом, ознакомиться с этими мнениями;

в) подвергать постоянному критическому рассмотрению деятельность различных органов власти.

В свою очередь, органы власти должны проявлять сдержанность и признавать за журналистскими организациями право вырабатывать нормы саморегуляции.[2]

Заявленная цель законопроекта достигается другими средствами правовой защиты, а именно уголовно-правовыми и гражданско-правовыми мерами.

Предлагаемый законопроект не соответствует требованиям Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

3. Рассмотрение законопроекта с точки зрения его соответствия другим федеральным законам и основополагающим принципам построения российской правовой системы позволяет прийти к следующим выводам.

Законопроект вносит изменения в диспозицию части первой ст. 4 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» (далее – Закон о СМИ). По своей роли в общей структуре закона данная статья увязывает правонарушения, объединяемые понятием «злоупотребление свободой массовой информации», с санкциями за эти правонарушения. Вот почему она содержит исчерпывающий перечень составов таких правонарушений. В свою очередь, именно нарушение требований ст. 4 Закона о СМИ является единственным основанием для прекращения деятельности (прекращения выпуска) средства массовой информации. Следовательно, всякое расширение понятия «злоупотребление свободой массовой информации» влечёт значительные ущемления свободы массовой информации и потому нуждается в особенно тщательной проверке на адекватность целей и средств.

Анализируемый законопроект предлагает дополнить ч.1 ст. 4 Закона о СМИ запретом на «распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию». В данном случае дословно воспроизводится диспозиция части первой ст. 129 Уголовного кодекса Российской Федерации («Клевета»). Имплицитно такой запрет уже существует в части первой ст. 4 Закона о СМИ, поскольку здесь запрещается использование СМИ для совершения любых уголовно-наказуемых деяний. Поэтому можно согласиться, что «положения, предусмотренные проектом федерального закона, дублируют положения действующего законодательства»[3].

В ныне действующем законе использование средств массовой информации для клеветы в отношении какого-либо лица является основанием для реагирования со стороны надзорного органа (Федеральная служба по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций). Однако для того, чтобы надзорный орган мог направить учредителю или главному редактору средства массовой информации соответствующее предупреждение, а при наличии не утративших силу прежних предупреждений – направить в суд иск о прекращении деятельности (выпуска) СМИ, необходим вступивший в законную силу обвинительный приговор суда, констатирующий факт использования данного средства массовой информации для совершения уголовно-наказуемой клеветы. Это ясно следует из презумпции невиновности, закрепленной в части первой ст. 49 Конституции Российской Федерации: «Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда».

Если в части первой ст. 4 Закона о СМИ отдельно указать на недопустимость использования средств массовой информации для «распространения заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию», то тем самым будет создано самостоятельное, отдельное от корпуса уголовно-наказуемых деяний основание для санкций в отношении средств массовой информации. В этом случае надзорному органу не нужно будет опираться на вступивший в законную силу обвинительный приговор суда: он вправе самостоятельно определить наличие клеветы в любой конкретной публикации и принять соответствующие меры реагирования. В свою очередь, учредитель и редакция СМИ смогут лишь обжаловать действия надзорного органа в судебном порядке. Тем самым будет создан юридический механизм внесудебного наказания за клевету. Разумеется, это грубо подрывает презумпцию невиновности, поскольку внесудебный механизм преследования переносит бремя доказывания со стороны обвинения на сторону защиты.

Проблема усугубляется тем, что «распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию», является уголовно-наказуемым деянием, совершаемым с прямым умыслом. Очевидно, что надзорный орган при решении данного вопроса сможет опираться лишь на собственное усмотрение, что неминуемо приведет к нарушениям прав и законных интересов граждан и организаций.

Таким образом, законопроект нарушает принципы разграничения предметов регулирования уголовного законодательства и законодательства о средствах массовой информации, противоречит презумпции невиновности, создает опасность внесудебного ущемления свободы массовой информации.

В силу изложенных выше аргументов Общественная Палата Российской Федерации не поддерживает данный законопроект и рекомендует его отклонить.

Постановление Конституционного Суда РФ от 18 февраля 2000 г. № 3-П по делу о проверке конституционности пункта 2 статьи 5 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина Б.А.Кехмана.

Резолюция «Журналистские свободы и права человека», принятая в рамках 4-й Европейской конференции министров по политике в области средств массовой информации (Прага, 7 – 8 декабря 1994 года).

Официальный отзыв Правительства Российской Федерации на проект федерального закона № 8601-5 "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "О средствах массовой информации", внесенный депутатом Государственной Думы Р.А.Шлегелем

Вход

Войти на этот сайт вы можете, используя свою учетную запись на любом из предложенных ниже сервисов. Выберите сервис, на котором вы уже зарегистрированы.

Войти под профилем Вконтакте

Войти

Внимание!

Голосовать могут только зарегистрированные пользователи.

войти зарегистрироваться